Возрождение

Как Степан Эрзя в Европе стал известным

Мы продолжаем знакомить вас, дорогие читатели, с жизнью и творчеством нашего прославленного земляка Степана Эрзи, 150-летие которого мы будем отмечать в этом году. Знатоки искусства помнят, что первая, причём очень громкая, международная слава пришла к нашему гениальному земляку ещё в начале ХХ века - в Италии и во Франции. Там Степана Дмитриевича сразу прозвали и "русским Микеланджело", и "русским Роденом". Но как относился к таким сравнениям сам Эрьзя? Не обижался ли он на них? Как вообще оказался за границей молодой скульптор и с кем из знаменитых современников он успел познакомиться на чужбине? Об этом рассказ. Сам разбил, сам восстановил Для начала - всем известные факты. Как художник, Степан Дмитриевич Нефёдов начинал с работы иконописца и резчика иконостасов в Алатыре и Казани. В 1896 году побывал на выставке Врубеля и твёрдо решил получить высшее художественное образование. В 1901 году переехал в Москву и поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Студентом взял себе псевдоним "Эрьзя", по названию своего народа. Во время революции 1905 года, подрабатывая, фотографировал заключенных в Бутырской тюрьме, среди которых были и "политические". В 1906 году, как участник революции, эмигрировал в Италию. Слава нашла Эрьзю в Венеции. Там он упорно совершенствовал своё мастерство. В 1909 году, по совету своего итальянского друга, искусствоведа и инспектора музеев Ломбардии Уго Неббиа, специально для Международной художественной выставки в Венеции Эрьзя создал скульптуру "Последняя ночь осужденного перед казнью". Мастер трудился над ней 9 дней. Любопытная деталь: у своей уже готовой скульптуры Эрьзя хотел поправить поворот головы. Случайно повредил - и в раздражении разбил всю работу! Неббиа пришёл в ужас, но Эрьзя взял себя в руки, и за 4 дня восстановил свой шедевр. На выставке скульптура заняла первое место. Важную роль сыграл интерес к русской революции за рубежом: в попытку государственного переворота в России из-за границы вливались огромные деньги. Газеты русских эмигрантов-революционеров в Европе раздували "ужасы многострадальной Родины". Западная пропаганда тоже смаковала "жестокости царизма": это была настоящая информационная война. Однако, и без политической подоплеки работа Эрьзи была талантлива. Эмигрантские и западные СМИ были единодушны: "Это русский Роден". По шедевру в день! После успеха в Венеции скульптуры Эрьзи были выставлены в Милане, а потом в Ницце, где в 1910 году открылась международная выставка Общества изящных искусств. И снова - восторги, слава, похвалы. Газеты публиковали отзыв на работы Эрьзи французского скульптора Мобэ: "Я считаю Ваши работы гениальными…" Одну из работ нашего земляка купил музей Ниццы. Степан Дмитриевич знал о своей известности, собирал вырезки из газет (в 1950-е годы этот архив очень поможет Мастеру в Москве), привык давать автографы, привык, что за ним по улицам ходят буквально толпы поклонников. Но, прежде всего, Эрьзю интересовала работа. Во Франции он трудился с потрясающей самоотдачей: "Выдавал чуть не каждые сутки то по оригинальной мраморной скульптуре, то по гипсовой модели для… отливки в бронзе", - напишет позже биограф Эрьзи, профессор Юрий Ефремов (на фото). Кстати, именно Юрий Константинович Ефремов написал книгу "Скульптор Степан Эрьзя. Мордовский самородок". Издание вышло в 2016 году в Саранске и было приурочено к 140-летию со дня рождения скульптора. Ефремов - советский учёный-географ и писатель, который находился рядом с Эрьзей в последние, самые непростые годы его жизни. В книге автор рассказывает об этапных моментах в жизни скульптора, показывает эволюцию художника, раскрывает основные вехи на пути развития таланта. Некоторые темы, которые затронул Ефремов: итальянский и французский периоды жизни Эрьзи, роль в его судьбе писателя А. Амфитеатрова, уральский и бакинский этапы творчества, работа в годы Первой мировой войны и обстоятельства жизни Эрьзи после возвращения в СССР из Аргентины в 1950 году. Главное достоинство книги - массив материалов, связанных со "вторым московским" (1951–1959) периодом жизни и деятельности Эрьзи. Юрий Константинович однажды спросил Эрьзю: как он относился к сравнениям с великим французским скульптором Роденом? "Я всегда один работал, всё своими руками делал, - отрезал Эрьзя. - У меня под Парижем вилла рядом с Роденом была, так у него 12 человек наёмных работников, Бурдель ему помогал, Николадзе Тифлисский (речь идет об известном французском скульпторе и талантливом грузинском скульпторе), а я один столько же сделал. Роден на своих помощников даже сердился из-за меня - они рассказывали… Я вам не Роден!" Не нужно вешать ярлыки "Было даже трогательно, как ревностно старик отмежевывался от почётного титула, - писал Ю.К. Ефремов. - Французского скульптора он сам очень ценил, многому у него научился, но при этом был искренне уверен в равноценности их таланта, вот и не нуждался в комплиментарных ярлыках. Пусть парижане поощряют какое-нибудь своё молодое дарование титулом "французский Эрьзя"!" Поясним детали. Роден эксплуатировал большую команду: он начинал работу с эскиза, а основной тяжёлый труд поручал формовщикам и мраморщикам. Эрьзя работал один, и без эскизов - он сразу "видел" будущий шедевр в толще материала - и гордился тем, что "превзошёл Родена в технологии и продуктивности работы". Как пишет Ю.К. Ефремов, лично знакомиться с Роденом Эрьзя не решился - из скромности. Но мастерскую коллеги посетил инкогнито, как обычный "любопытный". Эрьзю провели туда друзья. Роден не обратил на гостей внимания, говорить с ними не стал: он работал над моделью скульптуры. Метод был своеобразный: француз обходил статую и издалека швырял в неё куски глины, чтобы видеть работу в целом и не подбегать к ней каждую минуту. Нарастив объём, Роден подходил ближе, придавал нужную форму "нашлёпкам" пальцами и ладонями, а иногда даже бил по глине с размаху. Горький и Эрьзя Любопытно, что в начале ХХ века отзывы в революционных эмигрантских газетах привели в мастерскую Эрьзи Максима Горького. Писатель прочитал, что "создаёт своих героев так же, как Эрьзя высекает своих из мрамора". Горький пришёл посмотреть, с кем его сравнивают. Осматривал скульптуры, хмурился, молчал, пожал Эрьзе руку - и ушёл, не поговорив. Вспоминая Горького, Эрьзя сердился. Тем временем Жители и гости Саранска уже могут посмотреть обновленную экспозицию Республиканского музея изобразительных искусств имени С.Д. Эрьзи. Как мы уже сообщали, почти половина шедевров Эрьзи из музейной экспозиции отправилась в Санкт-Петербург для экспонирования в Михайловском замке (филиале Государственного Русского музея). На место "уехавших" скульптур из фондов подняли больше 40 неизвестных широкой публике работ Степана Дмитриевича. В музейных залах они останутся до ноября. - В основном, это работы Степана Дмитриевича 1930-х и 1940-х годов, созданные им в странах Латинской Америки, - рассказала директор Музея имени С.Д. Эрьзи Людмила Нарбекова. - Есть одна ранняя работа 1909 года. Есть скульптуры позднего, московского периода творчества. Среди "новых" скульптур в экспозиции - очень много женских образов: "Сон", "Женский профиль". Также на втором этаже музея среди скульптур появились причудливые куски кебраччо - того самого "железного" дерева, из которого создавал свои шедевры гениальный Мастер. Гости музея могут ещё раз убедиться в высочайшем таланте нашего земляка.

Еще материалы

Комментарии