Кочкуровские детские сады: таким было начало…
Каждое утро в городах и селах нашей страны загораются огни в бесчисленных детских садах – красивых, уютных, ожидающих своих непоседливых воспитанников - любознательных мальчиков и девочек. Улыбающихся малышей встречают добрые сердца и заботливые руки влюбленных в свою профессию воспитателей, которые помогают им познать окружающий мир, чему-то научиться, узнать себя, определить свои интересы. Но сегодня мы заглянем в прошлое, в то время, когда в Кочкуровском районе открывались первые дошкольные учреждения…
Детские сады в России были известны еще в XIX веке. Однако массовое распространение они получили в 1920-е годы по инициативе советской власти, стремившейся освободить женщин от зависимого положения, просветить коммунистическими идеями, оторвать «от гнета домашнего рабства» и ввести «новый быт». Раскрепощение женщин предполагало вовлечение их в общественную работу и социалистическое строительство, вступление в образовывающиеся коллективные хозяйства. В связи с этим Областной отдел здравоохранения Средне-Волжской области 21 января 1930 г. в Мордовский облздрав направил такое письмо: «Приближается празднование Международного женского дня. В настоящем году Международный женский день проходит в обстановке максимального развёртывания колхозного строительства и, в связи с этим, вовлечение в эту работу женщин-крестьянок. Параллельно с этим идёт большая работа по перестройке быта крестьянки и батрачки… Ломка старых форм быта, вовлечение женщин в производство и всю общественную жизнь нашего Союза, стремление женщин поднять свой культурный уровень и квалификацию, предъявляют к охране матери и младенца особые высокие требования. …[Поэтому] в план проведения 8 Марта, помимо намеченных вами мероприятий, необходимо внести следующее: 1. Выявить те средства, которые могут быть выделены кооперацией, Красным Крестом, зернотрестом, хлебоцентром, профсоюзами, деткомиссией на организацию летних и постоянных яслей. 2. Сделать указания на места о выявлении пунктов, где будут ясли, и начать там подготовительную работу. …16. Выделяя средства и подводя итоги, наметить новые мероприятия на развёртывание яслей в совхозах, колхозах и для детей работниц в городе, организацию при объектах, клубах яслей удлиненного дня. Согласовать все эти мероприятия с женотделом».
В Кочкуровском районе к данному предписанию отнеслись без особого энтузиазма. Районный отдел здравоохранения, курировавший сферу поддержки женщин в условиях индустриализации и коллективизации, вместе с районным отделом народного образования от практической реализации постановления об открытии сети дошкольных детских учреждений самоустранились, переложив все заботы на районный женотдел, который возглавляла Варвара Васильевна Холопова. 25 июня 1930 г. на районном партийном собрании работа в этом направлении была подвергнута критике: «Весьма недостаточное руководство со стороны РайОНО над детскими площадками и, особенно, над детскими садами. Выездов не бывает. Также и со стороны здравотдела над детскими яслями, тогда как данные организации должны непосредственно руководить и уделять самое серьёзное внимание. Всей работой руководит только районный женотдел, что не нормально». За такие проступки руководителям сферы образования и здравоохранения поставили «на вид». Подверглись критике и председатели колхозов, «преступно безлично и невнимательно» относившиеся к открытию в своих населенных пунктах детских яслей и не оказывающие помощи в их функционировании.
Мордовским облздравом было предписано открывать ясли исключительно в колхозах, торфо- и лесоразработках, поэтому в Кочкуровском районе рекомендовалось открыть 1 постоянные детские ясли и 8 сезонных яслей. В каких именно населённых пунктах их разместить – Саранск не обговаривал, предлагая самим сделать выбор согласно местным реалиям. Кочкурово корректировало свое решение не раз. Если с расположением постоянно работающих детских яслей определились сразу – однозначно было выбрано Кочкурово, то с сезонными, которые функционировали бы в весенние и осенние полевые кампании, вышла заминка. Пять населенных пунктов выбрали сразу – Семилей, Подлесная Тавла, Сабаево, Старые Турдаки, Дворянский Умыс. С остальными пришлось подумать. Поначалу выбор упал на сёла Дегилёвка, Пермиси (в 1935 году они вошли в состав Большеберезниковского района) и Напольная Тавла (сейчас это Октябрьский район г.о. Саранск). Затем пришли к выводу, что ясли всё-таки нужно открыть в Качелае, Новосельцеве и Судосеве (сейчас это Большеберезниковский район). Помимо этого, было принято решение в сёлах Косогоры и Воеводское при сельских школах, учреждениях или вообще в подходящих помещениях открыть так называемые детские площадки – места, где могли бы присмотреть за детьми, пока родители заняты на работе в колхозе.
Первые проблемы возникли с помещениями для размещения дошкольных детских учреждений. Долго не могли найти подходящее место для Кочкуровских яслей. 19 марта 1930 г. Варвара Холопова писала в Кочкуровский районный исполнительный комитет: «Женотдел убедительно просит президиум РИКа оказать содействие по открытию детского сада. Дело в том, что до сих пор, не смотря на ряд ходатайств, нет помещения. Между тем здание есть – колхозное, частными лицами занятое, с кухней – 2 комнаты. И выселить его [т.е. жильца] правление колхоза не желает, тогда как это самое подходящее помещение для детского сада. Окажите нам содействие».
В районном центре были уверены, что к весенним полевым работам детский сад в Кочкурове так и не откроется. Руководство района уже вынесло предписание, чтобы весь инвентарь передать во временное пользование в Новосельцево с обязательством вернуть по окончании посевной кампании. Но вышло наоборот. 18 мая 1930 г. Кочкуровские детские ясли при колхозе «12 лет Октября» распахнули свои двери.
Немало хлопот было и в других населённых пунктах. Некая Тимофеева (имя и отчество остались неизвестными), из села Семилей писала В.В. Холоповой: «Милая Варя! У меня дела идут. Ясли, наверное, задержатся, потому что был отремонтирован дом, осталось его только вымыть, но его подожгли, и он сгорел. Теперь дали нам дом другой. Он будет скоро готов. Но задерживает меня инвентарь: столы, лавки готовы и табуретки. Но кровати ещё не делали, скоро сделаем». Сабаевский сельсовет для размещения детских яслей выделила дом «без всякого ремонта». В Качелае помещение для детей так и не нашли, местные власти решил разместить ясли в здании сельской школы.
Финансовое обеспечение яслей в равной степени тоже было шатким. Дело в том, что в годы НЭПа, во время голода 1921-1922 гг. государство урезало финансирование детских учреждений и основное бремя денежного обеспечения легло на местные бюджеты. Коллективизация, голод первой половины 1930-х годов приводили к острой и хронической недообеспеченности учреждений. Так, первоначально согласно предписанию Саранска постоянные детские ясли в Кочкурове должны были финансироваться облпотребсоюзом на сумму 3500 руб., за счёт колхоза – 1 сезонные ясли, за счёт районного бюджета – 1 сезонные ясли, на средства облпотребсоюза – 3 сезонных яслей (850 руб., 193 руб., 500 руб.), за счёт крестьянского комитета общественной взаимопомощи – 1 сезонные ясли (600 руб.), областного земельного отдела – 1 сезонные ясли (753 руб.) и межрайонного Союза кустарно-промысловых кооперативов – 1 сезонные ясли (814 руб.). В итоге в 1930 году ясли в Сабаеве и Семилее финансировались за счёт потребительских обществ, в Новосельцеве – за счёт РИКа на 550 руб., в Качелае – за счёт облздрава на 753 руб., в Старых Турдаках – за счёт МТС на 500 руб.
Не меньшей проблемой стал и подбор кадров в дошкольные детские учреждения. В зависимости от количества детей в яслях было 3-4 сотрудника – заведующая, воспитательница или няня, кухарка (педагогов и поваров могло работать по два человека). Согласно предписанию Саранска, Кочкуровским районным властям нужно было «сейчас же выделить в районе актив колхозниц [подчёркнуто в документе] более развитых и грамотных, с посылкой их на курсы». Варваре Холоповой тут же полетели письма из всех сёл Кочкуровского района. Так, одна из претенденток в своём заявлении написала (лексика здесь и далее сохранена): «Прошупринять меня в село Семилей на работу зав. детяслями, так как я нахожусь безработной, сирота. В доме семейства 7 человек, так что дома мне жить совершенно не причём. И притом я от дому уже нахожусь отдельная, так как я была замужней и развелась с мужем.Так что мне жить совершенно не причём. [Я] член ВЛКСМ, прошу просьбу не отказать». Другая свое желание трудиться с детьми выразила так: «Прошу назначить меня зав. яслями в село Качелай, где я живу на иждивении моей сестры учительницы. Кроме меня на её иждивении находится ещё отец - инвалид труда. Жить при такой дороговизне очень трудно. Имею образование 5-летку (училась в г. Ульяновске. Год рождения 1900-й) прошу не отказать в моей просьбе». Третья выразила свое желание таким образом: «Прошу принять меня хожалкой за детьми, так как я безработная, своего у меня хлеба засеянного нету и, в добавок, я состою членом Союза. На другие работы я не могу потому, что [я] уже в летах, мне уже 45 лет – вот почему и прошу не отказать в моей просьбе».
Отношение родителей к открытию детских яслей в 1930-х годах было неоднозначным и зависело от множества факторов: личного опыта, условий в конкретном населенном пункте, готовности матери оставить ребёнка на чужого человека и так далее. Изначально, когда ясли только появлялись, недоверие было повсеместным. Кочкуровские районные власти требовали, чтобы в каждом населённом пункте избачи, учителя, женорганизаторы вели разъяснительную работу, выпускали специальные номера стенгазет о значении детских яслей для женщины. В некоторых населенных пунктах эти меры помогали. Так, 25 апреля 1930 г. Власова В. (из какого села неизвестно) Варваре Холоповой писала: «Так ты скорее улаживай этот вопрос на счёт яслей в нашем селе. Женщины говорят работать надо, а детей девать некуда». Сабаевцы в 1930 году по личной инициативе добились открытия вторых яслей, при этом финансирование сельчане взяли на себя. К концу 1931 года здесь действовало уже двое яслей и одна детская площадка.
Так как детские ясли организовывались при сельхозартелях «с целью освобождения колхозниц от бремени воспитания детей», то приоритет отдавался низшему социальному слою. В резолюции «О состоянии работы детских садов и детских яслей» от 25 июня 1930 г. прямо указывалось, что «в организуемые ясли и площадки вовлечь не менее 25% детей бедноты». Так, на 10 июля 1930 г. в двух Сабаевских яслях было 53 ребенка, из которых 35 мальчиков и 18 девочек. По социальному положению 1 девочка была из семьи батраков, 8 девочек и 20 мальчиков – из бедняцких семей, 9 девочек и 13 мальчиков – семей середняков, родители 17 девочек и 33 мальчиков были колхозниками, родители 1 девочки и 2 мальчиков не состояли в колхозах. Новосельцевские детские ясли на 1 августа 1930 г. посещал 41 ребёнок, мамы и папы у 40 детей были колхозниками, родители 37 детей были бедняками, родители 4 детей - середняками. В Старо-Турдаковских детских яслях на 10 июня 1930 г. было записано 44 ребёнка, мамы и папы 31 малыша были колхозниками, родители 13 – бедняками. В селе Качелай в июне 1930 года ясли посещали 19 детей, в июле того же года – 24 малыша, в августе – 28 детей.
Режим работы во всех детских учреждениях Кочкуровского района был примерно одинаковым. В качестве примера приведём распорядок дня детской площадки при колхозе «Молодые всходы» села Воеводское на 1930 год. Приводили малышей в 7-8 часов утра, до 9:30 у детей были коллективные игры (кошки-мышки, горелки), затем они умывались и в 10:30 пили чай с молоком и белым хлебом, иногда к чаю подавали яйца. После перекуса малыши отдыхали, с 12 часов занимались рисованием либо «производится закрашивание лозунгов», в 13:00 обед, состоявший из двух блюд: на первое подавали горячее молочное, на второе – кашу рисовую или же пшённую, оладьи с маслом и проч., после еды отдыхали, c 15:00 до 16:00 – играли или занимались пением, затем один или полтора часа совершали прогулку в местный сельский сад, поле и т.д.; c 17:00 или 17:30 – играли на песке «в шалашики, пирамиды и проч.», следом садились за полдник – вечерний чай с молоком, с ситным или же без молока с белым хлебом. В 18:00 – детей забирали домой.
Александра Петровна Лавровская 4 февраля 1932 г. о своей работе с дошкольниками писала: «С 16 декабря 1931 г. (после классных занятий) взяла на себя работу с колхозными детишками дошкольного возраста, с 4 по 7-летний возраст. В хорошую погоду (теплую) посещаемость доходила до 41 человека. Работа в детсаду, как указано выше, велась мною после классных занятий с 2 часов дня до 5 часов. В занятиях с детворой мне иногда помогали старосты, девочки моей IV-й группы школы Iступени. Большинство детей с удовольствием посещали наш колхозный детский сад, были случаи, что смельчаки 5-летки сами приходили за мною в школу, говорили: «Александра Петровна, кадынк школань жабатнень, адя садув миник тонавтома!» («Александра Петровна, оставьте учеников, идёмте в садик нас учить!»). В детском саду велась работа оздоровительного характера, проводили коллективные игры, но дети часто просили учить их. Тогда садились за общий большой стол, маленький дежурный раздавал всем по очереди бумагу и карандаши, начинали рисовать кому что нравится. Малыши научились держать правильно карандаши и зарисовывать разные фигуры. Ребята хором заучивали стихи и пели детские песенки, и играли коллективом в разные игры (за неимением игрушек), потом пили чай ложками из тарелок. При уходе детишек домой выдавались каждому детские книжки с картинками (книжки привезены Московскими шефами нашего колхоза). Уходя домой дети настойчиво заявляли, чтобы завтра я опять приходила, как они выражаются, «учить». Учебно-воспитательных занятий в детском саду много проведено – 26 и организационных 4 дня. В морозные дни за последнее время занятий не было, но ребятишки (ближние) опять настаивали, чтобы я занималась с ними в их зимнем саду. На 5 февраля [пятница] у меня в школе выходной день, тогда его отдала колхозной детворе».
Постепенно, по мере того как родители видели, какую пользу приносят ясли, отношение стало меняться в положительную сторону. В 1931 году в Кочкуровском районе насчитывалось 3 постоянных детских яслей и 32 временных.
***
С той поры прошло немало времени. Многое изменилось. Уже нет ни детских площадок, ни детских яслей. Воспитанием малышей занимаются не только воспитатели и няни, но и помощники воспитателей, музыкальные руководители. Сегодня в нашем районе только три детских сада, в которых насчитывается 109 воспитаников. Заметили, насколько меньше стало в нашем районе детей?
Современное здание Кочкуровского детского сада «Улыбка» распахнуло свои двери в 1983 году. Сейчас его посещают 58 малышей. Все его сотрудники: заведующий, воспитатели, помощники воспитателей, музыкальный руководитель, медицинская сестра, повара, завхоз, прачка, логопед, сторожа – одна большая и дружная семья, самоотверженно влюбленная в свое дело, помогающая каждому ребёнку стать личностью, патриотом Родины, раскрыть свои таланты. В учреждении функционирует Консультационный центр оказания психолого-педагогической, методической и консультативной помощи гражданам, имеющим детей. Здесь по телефону или при личном обращении оказывается помощь родителям (законным представителям), имеющим вопросы и проблемы в воспитании детей.
В декабре 2014 года для малышей Семилея и Булгакова открылись новые, современные и комфортные во всех отношениях детские сады. В новом учебном году Булгаковский детский сад «Теремок» посещает 21 ребёнок, Семилейский детский сад «Цягадайка» – 30 детей. Для развития творческой личности малыша воспитатели и их помощники используют в работе современные технологии, проектную, исследовательско-экспериментальную деятельность, здоровьесберегающие технологии.
Сегодняшние детские учреждения отличаются тем, что воспитывают детей в творческой и игровой форме, прививают патриотизм через проведение различных мероприятий в значимые для страны, республики и района события, изготавливают различные тематические поделки к праздникам, участвуют в творческих акциях, викторинах, флешмобах.
У дошкольных детских учреждений района почти вековая история. Их задача – непрерывный процесс воспитания, образования, обучения тех, за кого они в ответе – за юных жителей Кочкуровского района. И люди, работающие там, стараются с ней справляться. В их руках самое начало жизненного пути пока еще малышей-дошколят, которые однажды станут вершить будущее.
И. ПОТАПКИН