Поселок Ульяновец:люди, история, память
История поселка Ульяновец через призму одной семьи. Навдаева Юлия Сергеевна и Курганская Елизавета Сергеевна - родные сестры. Во время войны их семья жила в посёлке Ульяновец Шигонского района Куйбышевской области. Дедушка, Кечемайкин Кузьма Петрович, пешком из Мордовии добрался до Волжских просторов. У графа Орлова в Усолье работал его земляк, которому здесь нравилось, и он позвал мужиков со своей родины. По распоряжению графа восемь семей получили пустующие земли. По весне началось строительство домов. Строили всем миром, помогая друг другу. В те времена семьи были большие. Из восьми семей постепенно образовался посёлок в сорок домов. У Кечемайкиных был большой срубовый дом, и семья далеко не маленькая. Родители, Кечемайкины Сергей Кузьмич и Вера Никифоровна, бабушка, Кечемайкина Евдокия Степановна, дети: Любовь – 1931 года рождения, Николай – 1935-го, Юлия – 1940-го, Елизавета – 1942-го, Зоя – 1946-го. Летом 1941 года из сорока домов забрали сразу сорок восемь мужчин, вернулось только восемь. В первые годы войны отца на фронт не взяли, дали бронь. Он был трактористом и председателем. Стране нужен был хлеб, чтобы кормить город и армию. С весны до осени отец работал на полях не только своего колхоза, но и куда посылали. Зимой ремонтировал сельскохозяйственную технику. Мать занималась детьми и вела домашнее хозяйство. В 1942 году женщин, подростков, стариков посылали рыть окопы в Ульяновскую область. Мать тоже отправили, а она была на последнем месяце беременности. Октябрь был дождливым, холодным. Жили в шалашах, еда скудная. Мать сильно уставала, боялась, что родит в окопе. Бригадир пожалел её и предложил ей, больному старику и ещё двум женщинам, у которых маленькие дети остались без присмотра, ночью потихоньку уйти домой. Первого ноября в ночь они отправились в путь. Шли пешком и только ночью. Добрались до посёлка третьего ноября, а четвертого в обед приехал оперуполномоченный и объявил маму дезертиром. Он хотел увезти её, но у неё начались роды. Так на свет появилась Елизавета. Мать оставили дома. Хозяйство состояло из коровы, кур, поросят и шести соток земли у дома. На огороде сажали картошку, свеклу и тыкву, которая всегда урождалась. Отец работал на машинно-тракторной станции, которая не относилась к колхозу, поэтому у них не было много земли для посадки, как у соседей (по 25-50 соток). Дров для печки не выделяли. По мере необходимости ходили по ночам в лес за хворостом и украдкой собирали сено для коровы. Без живности нельзя было. Продналог платили яйцами, маслом, независимо от того, были куры, корова или нет, а себе оставался обрат да по праздникам яичко. В январе 1943 года отца забрали на фронт. Он служил в Прибалтийской гвардейской танковой дивизии на Т-34. Семье стало худо, голод подкашивал и старого, и малого. Свои запасы закончились. Как только растаял снег, пошли на колхозные поля выбирать картошку, которая могла остаться. По осени нельзя было: кого поймают - штрафовали. Приносили гнилую картошку, отваривали, разминали и делали лепёшки. Чтобы было побольше, добавляли семена разных трав, листья деревьев, жёлуди - все, что было более-менее съедобное, а потом все мучились животом. Дети помогали маме и бабушке по хозяйству. Старшая сестра Люба и брат Николай учились в школе и за малышами присматривали. На забавы и игры времени не оставалось. Школа была за полтора километра от посёлка, в соседнем селе. Ученики собирались у крайнего дома и кучкой шли полем туда и обратно, чтобы не так страшно было. Школа находилась в бывшем графском доме. Обучение было до седьмого класса. Во время войны при школе жила семья директора и несколько учителей. Дети писали в тетрадях перьевыми ручками. Чернила делали сами из чернильных таблеток. В четырнадцать лет старшую сестру Любу отправили в ремесленное училище в Куйбышев. Она училась на сварщика и работала на авиационном заводе. Было очень голодно, некоторые подростки убегали домой. Кто-то только за продуктами и обратно, а кто-то больше не хотел возвращаться. Их вылавливали, считали врагами народа и сажали на шесть месяцев. Новость, что закончилась война, быстро облетела посёлок. Дети бегали по улице, что-то выкрикивали, радовались. У взрослых тоже была радость со слезами на глазах. Отец в конце войны получил тяжёлое ранение и полгода лежал в госпитале в Прибалтике. В августе 1945 года он приехал домой. Юлия Сергеевна и Елизавета Сергеевна помнят этот день, как вчерашний. В посёлке был садик, дом тёти Маруси, где собирались около десяти детишек. Юле, самой старшей, было пять лет. Тётя Маруся увидела идущего солдата и стала кричать: «Сергей Кечемайкин вернулся!», а Юле сказала: «Папка, папка твой вернулся!» Прибежала Юля домой, а там уже полно народу. Все обнимают отца, женщины смеются и плачут, мужчины ведут разговоры. Потом отец открыл свой чемодан и стал доставать подарки – поношенную одежду латышей. Как дети радовались этим вещам! Юлия Сергеевна до сих пор помнит платье, которое ей дал отец – тёмно-синее трикотажное в белую полоску. Она его на новогодний праздник надела, а все говорили: «Как принцесса!». Он ещё привёз отрез жёлтого материала старшей и младшей дочерям. Им сшили платья. Конечно, без гостинцев не остались сын, жена и мать. Жизнь после войны не сразу наладилась. Отец, хоть и вернулся домой, был ранен и долго восстанавливался. Работа на земле оставалась тяжелой, а продовольствие по-прежнему добывалось с трудом. Но главное – семья была в сборе. Кечемайкины, как и многие другие семьи в Ульяновце, пережили войну, сохранив главное – любовь друг к другу и надежду на лучшее будущее. С годами посёлок менялся, но память о войне и о тех, кто её пережил, оставалась. Истории, подобные истории семьи Кечемайкиных, передавались из поколения в поколение, напоминая о цене мира и о том, как важно беречь его. Юлия Сергеевна и Елизавета Сергеевна, уже будучи взрослыми женщинами, с теплотой вспоминали своё детство в Ульяновце, своих родителей и всех тех, кто помог им пройти через испытания войны. Их жизнь, наполненная трудом и любовью, стала свидетельством стойкости и жизнелюбия, унаследованного от их предков. (Материал предоставлен А.И. КЕЧЕМАЙКИНЫМ)